Речь Президента ФЕОР, раввина Александра Бороды на церемонии, посвященной Дню памяти жертв Холокоста, в Еврейском музее

Уважаемые представители дипломатических миссий, уважаемые представители органов государственной власти, члены Попечительского совета, дорогие друзья.

От имени Федерации еврейских общин России приветствую вас на церемонии, посвящённой Международному дню памяти жертв Холокоста, в Еврейском музее и центре толерантности.

Каждый год, собираясь здесь, мы стараемся приблизиться к пониманию Катастрофы. В этом году мы говорим о местах массовых расстрелов — о той форме уничтожения, которая стала символом Холокоста на территории Восточной Европы и Советского Союза.

Эти места часто не обозначены на картах. У них нет ограждений, мемориальных стен, архитектуры памяти. Это овраги, поля, лес, окраины городов. Но именно там были оборваны миллионы человеческих жизней.

Массовые расстрелы — это не анонимная смерть. Это убийство лицом к лицу. Когда человек видит того, кого убивает. Когда жертва слышит голос убийцы.

Историк Ицхак Арад писал, что решение о тотальном уничтожении евреев совпало с нападением на Советский Союз не случайно. Нацистская идеология объявила евреев воплощением враждебного мира — мира, который, как утверждалось, подлежал полному уничтожению. Война была провозглашена «тотальной», а значит — освобождённой от любых моральных и правовых ограничений.

Приказы, отдававшиеся на оккупированных территориях, были предельно ясны: не искать виновных, не различать возраст, не учитывать пол. Уничтожение становилось задачей.

Так возникла практика массовых расстрелов. Свидетельства очевидцев говорят о том, что пули экономили. Детей закапывали живыми. Это невозможно произносить спокойно. Но это необходимо произносить вслух.

По официальным данным, во время Холокоста было убито шесть миллионов евреев. И эта цифра не окончательна. Но даже произнесённая, она плохо поддаётся осмыслению.

В книге «Человек за письменным столом» Лидии Гинзбург, пережившей блокаду писательницы, звучит следующая фраза:

«Я не знаю, что такое гибель шести миллионов евреев. Я не могу этого понять и осознать. Но я знаю, что такое убить одного человека шесть миллионов раз».

Этому высказыванию созвучна цитата из Талмуда: «Тот, кто убивает одну душу, уничтожает целый мир». Холокост — это уничтожение не одного мира, а миллионов миров. И каждый из них был уникален. Каждый имел имя, голос, судьбу.

Массовое убийство начинается не с выстрела. Оно начинается с призывов к ненависти. С обобщения. С отказа видеть в другом человеке человека.

Есть известное признание офицера СС, который говорил, что самое трудное — убить первых. Потом становится всё равно. Исчезает различие между мужчиной и женщиной, стариком и ребёнком.

В этот момент разрушается не только жертва — разрушается сам убийца. Человек превращается в функцию. В механизм.

Именно поэтому в основе человеческой цивилизации лежит простая и абсолютная заповедь — «не убий». Она дана в самой общей форме, без уточнений и исключений, чтобы подчеркнуть: она относится ко всем. К любому человеку. В любом возрасте. В любых обстоятельствах.

Сказано также в Торе: «Не оставайся равнодушным к крови ближнего твоего».

Память о местах массовых расстрелов — это напоминание о том, к чему приводит равнодушие.

Сегодня эти слова звучат особенно тревожно. Потому что мы вновь видим, как в мире растёт язык ненависти. Как антисемитизм возвращается — иногда открыто, иногда под новыми названиями и оправданиями. Как снова появляются попытки обобщать, навешивать коллективную вину, стирать границу между конкретным человеком и придуманным образом врага.

История Холокоста учит нас: путь от слова к насилию может быть короче, чем кажется. И именно поэтому равнодушие к ненависти — опасно. Оно создаёт пространство, в котором зло чувствует себя допустимым.

Сегодня, вспоминая погибших, мы берём на себя обязательство — сопротивляться обезличиванию. Защищать ценность каждой жизни. Говорить вслух тогда, когда молчание становится соучастием.

Пусть память обо всех погибших будет благословенна.

И пусть человечество найдёт в себе силы не повторять этот путь.

С уважением,
Президент ФЕОР,
Раввин А.М. Борода